В суд с соответствующим иском обратилась супруга военнослужащего, погибшего на СВО. Свои требования мотивировала тем, что с 2013 года состояла в браке с погибшим, от брака у них родилось трое детей. Отец супруга умер в 2003 году, со своей матерью ее супруг не общался, рассказывал, что она его бросила, когда ему было 6 лет, его судьбой не интересовалась. Узнав о том, что мать погибшего супруга претендует на меры социальной поддержки от государства, истец обратилась в суд с иском о лишении ее указанных мер государственной поддержки, поскольку не она воспитывала и не содержала погибшего до достижения им совершеннолетия.

            В судебном заседании истец ссылалась на то, что ее супруг до достижения 18 лет проживал с отцом, а также с бабушкой и дедушкой.

            Ответчик в судебном заседании ссылалась на то, что родительских прав в отношении своего сына она не лишалась, не ограничивалась, ни к административной, ни к уголовной ответственности за ненадлежащее исполнение либо за неисполнение родительских обязанностей не привлекалась. Поясняла, что в 1986 году вышла замуж за отца погибшего, проживали с ним в г. Омске. От брака родились двое сыновей. С первым супругом ответчик развелась, когда сыну было 6 лет, оставила его временно проживать с отцом и с его матерью (своей свекровью), а сама со старшим сыном уехала в деревню одного из районов Омской области, где вышла замуж второй раз, родила еще двоих детей. В г. Омск приезжала редко, в основном звонила сыну, передавала продукты питания. После того, как ей позвонили из опеки и сообщили, что первый супруг арестован, сразу же забрала сына к себе. На тот период он учился в 8 классе. После этого проживали с сыном одной семьей.

            В судебном заседании доводы ответчика не нашли своего подтверждения. Было установлено, что погибший в возрасте 6 лет после развода родителей остался проживать с отцом. Мать не интересовалась им, не приезжала к нему, к себе не забирала. Сын пошел в первый класс в одну из школ г. Омска. На протяжении дальнейшей жизни у отца и матери появились новые семьи. Отец погибшего ненадлежащим образом исполнял свои родительские обязанности: часто ругал и избивал его, унижал его достоинство, лишал его пищи, выгонял из дома. Погибший убегал к дальним родственникам, которые не знали о месте проживании матери с тем, чтобы связаться с ней и передать его ей на воспитание. После того, как отец был привлечен к уголовной ответственности за истязание, и ему было назначено наказание в виде лишения свободы, органы опеки установили место нахождение матери, связались с ней, попросили забрать ребенка к себе. Ответчик забрала к себе сына, но общения с ним не случилось, между ними возникло недопонимание, упреки, обиды. В итоге, ответчик говорила, что не справляется с сыном, что он для нее чужой, что она намерена передать его органам опеки. Отец ответчика (дедушка погибшего) забрал его к себе, с которым он проживал около полутора лет. Школу погибший не окончил, уехал обратно в г. Омск, жил у друзей и знакомых, пошел работать на стройку.

            После того, как погибший достиг совершеннолетия, он пытался общаться с ответчиком и со своими братьями, но ответчик этого не желала. В последующем уехала на постоянное место проживание за пределы Омской области, своего адреса и номера телефона не оставила.

            Ответчик не знала о том, что сын заключил контракт с Министерством обороны России, что выполняет боевые задачи в зоне проведения специальной военной операции.

            О его гибели сотрудники военкомата сообщили истцу. Ответчик в организации похорон своего сына не участвовала, также не приехала на его похороны.

            Выслушав по делу свидетелей как со стороны истца, так и со стороны ответчика, изучив письменные доказательства, суд удовлетворил заявленные исковые требования.

            Суд отметил, что права родителя, в том числе на получение государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

            Учитывая цели правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, которые направлены на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей.

По мнению суда, ответчик утратила статус члена семьи погибшего военнослужащего в связи с чем должна быть лишена прав на получение предусмотренных государственных мер социальной поддержки, поскольку не воспитывала и не содержала военнослужащего до достижения им совершеннолетия, не имела с ним тесной эмоциональной связи, несмотря на то, что официально не была лишена в отношении него родительских прав, не привлекалась к соответствующей ответственности за неисполнение в отношении него родительских обязанностей.