В суд обратилась супруга погибшего на СВО военнослужащего В., просила признать родителей погибшего ее супруга утратившими права на получение страховых сумм, пособий, единовременных выплат в связи со смертью военнослужащего.

В обоснование своих доводов истец сослалась на то, что со слов супруга ей известно, что ответчики не занимались его воспитанием, свои родительские обязанности не исполняли, его здоровьем, школьной жизнью не интересовались, злоупотребляли спиртными напитками, привлекались к уголовной ответственности, отбывали наказание в местах лишения свободы, в связи с чем, ее супруг в несовершеннолетнем возрасте был определен в учреждение для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Просила также на время судебного разбирательства приостановить все причитающиеся по закону выплаты в связи с гибелью военнослужащего в зоне проведения специальной военной операции.

Ответчики, возражая против предъявленных к ним требований, полагали, что истец является мошенницей, поскольку о ее существовании узнали после смерти их сына. Истец в организации похорон их сына участия не принимала, на время его нахождения в зоне СВО с ними не общалась. Полагали, что они надлежащим образом исполняли свои родительские обязанности в отношении их погибшего сына.

В ходе судебного разбирательства факт ненадлежащего исполнения ответчиками родительских обязанностей в отношении их погибшего на СВО сына, был опровергнут совокупностью представленных в материалы дела доказательств.

Судом не установлено, что ответчики в отношении своего погибшего сына до достижения им совершеннолетнего возраста были ограничены либо лишены в родительских правах, при этом, совокупностью представленных суду доказательств установлено, что ответчики принимали участие в воспитании и содержании своего погибшего сына, что между ними не были утрачены семейные и родственные связи.

У ответчиков на иждивении имелось трое детей.

По мнению суда, нахождение ответчиков в 90-е годы в местах лишения свободы за преступление против собственности и незначительное по времени нахождение детей в учреждении для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые по освобождению ответчиков были возвращены в семью, не свидетельствует о нарушении с их стороны своих родительских обязанностей.

После освобождения из мест лишения свободы, ответчики трудоустроились, занимались воспитанием и содержанием своих детей.